Тени августа (Части 1 - 10)- Читать онлайн

свои, русские, смотрели из-за заборов, из окон, из калиток. Варя видела их лица сквозь ресницы — испуганные, осуждающие, сочувствующие. Она закрыла глаза. Пусть думают что хотят. Ей было всё равно.

Дом. Знакомое крыльцо. Знакомая дверь. Вернер внес ее в комнату — в ее комнату, с узкой кроватью, с вышитым полотенцем на стене, с иконой Николая Чудотворца в углу, которую мать так и не убрала, спрятав под чистой тряпицей. Он опустил ее на кровать, и Варя свернулась клубочком, натянув его китель на голову, прячась в нем, как в норе.

— Выпей, — сказал он.

Она приоткрыла глаза. В руке у него была бутылка самогона — той самой, что стояла в погребе. Он налил в граненый стакан до краев и протянул ей. Варя взяла дрожащими руками, глотнула — обжигающая жидкость стекла по горлу, ударила в нос, в глаза, вышибая слезы. Она закашлялась, но выпила всё до дна, чувствуя, как тепло разливается по груди, немного успокаивая дрожь.

— Молодец, — сказал Вернер. — Еще?

Она помотала головой. Он забрал стакан, укутал ее одеялом — толстым, ватным, пахнущим домом и матерью, — и присел на край кровати.

— Тех солдат я накажу, — сказал он. — Так накажу, что они через полсела тебя обходить будут. Обещаю.

Варя смотрела на него сквозь полуприкрытые веки. Голова кружилась. Она хотела сказать «спасибо», но слово застряло в горле — она не могла благодарить врага, не могла, не имела права. Вместо этого она просто закрыла глаза и провалилась в темноту, где не было ни немцев, ни сарая, ни страха.

Она не знала, сколько прошло времени. Минута? Час? Очнулась от голосов — громких, взволнованных. Мать. Мать прибежала из медпункта, запыхавшаяся, бледная, с растрепанными волосами и безумными глазами.

— Варя! Варечка! Доченька!

Мать упала на колени перед кроватью, ощупала ее лицо, руки, плечи — проверяя, цела ли, не ранена ли. Варя попыталась улыбнуться, но губы не слушались.

— Всё нормально, мам, — прошептала она. — Всё хорошо.

— Я слышала... мне сказали... — Татьяна говорила отрывисто, задыхаясь. — Три солдата... сарай... Господи, Варечка...

— Я успел, — раздался голос Вернера из горницы. — Вовремя подоспел.

Варя скосила глаза. Он стоял в дверях — без кителя, в одной рубашке, с закатанными рукавами. На лице его было выражение, которое она видела впервые — почти человеческое. Почти сочувственное. Почти.

— Я их прогнал, — продолжал он. — Накажу. Обещал твоей дочери.

Татьяна поднялась с колен, шагнула к нему. Варя видела, как мать смотрит на него — смесь страха, благодарности и чего-то еще, чего Варя не могла понять. И впервые она не захотела что бы он ушёл или пропал. “Может он и враг, но человек неплохой” промелькнуло в голове и глаза окончательно закрылись. Самогон сделал свое дело — веки тяжелели, мысли путались, и Варя провалилась обратно в сон, последним, что она услышала, был голос матери:

— Спасибо...

Тихий. Дрожащий. Искренний.

Татьяна сидела за столом, глядя в одну точку. Перед ней стоял недопитый стакан самогона — третий, кажется, или четвертый. Она перестала считать после второго. Руки дрожали, но не от холода — от того, что отпустило. Страх за дочь отпустил, и на его место пришла пустота, которую надо было чем-то заполнить.

Вернер сидел напротив. Он не пил — только смотрел на нее, и в его взгляде не было привычной насмешки. Только спокойное внимание, как у человека, который ждет.

— Ты спас ее, — сказала Татьяна. Голос был хриплым, севшим от слез, которые она выплакала в подушку, пока Варя спала. — Ты спас мою девочку.

— Я обещал, — ответил он. — Я держу слово.

Татьяна подняла на него глаза. В них стояли слезы — не от горя, от благодарности. Она ненавидела его. Она боялась его. Она была ему обязана жизнью дочери. И это смешивалось в ней в такой клубок, что она не могла дышать.

— Я... — начала она и замолчала. Слова не шли.

Вернер не торопил. Он сидел неподвижно, сложив руки на столе, и ждал.

Татьяна встала. Шатаясь — самогон ударил в голову, — она обошла стол и остановилась рядом с ним. Он поднял голову, глядя на нее снизу вверх. В полумраке горницы его глаза казались светлыми, почти прозрачными.

— Спасибо, — сказала она. И сама не поняла, кого благодарит — его или Бога, который послал его в тот сарай.

Она опустилась на колени перед ним. Сама. Добровольно. И, глядя ему в глаза, расстегнула ремень на его брюках.

Вернер смотрел на нее сверху вниз — на светлые волосы, рассыпавшиеся по плечам, на дрожащие пальцы, расстегивающие его ремень, на мокрые дорожки слез, еще не высохшие на щеках. Она не плакала сейчас. Она вообще перестала плакать — самогон притупил страх, притупил стыд, оставил только благодарность и пустоту, которую надо было заполнить.

И он заполнит ее. Медленно. Основательно. Так, чтобы она забыла, как дышать без него.

— Gut, — сказал он тихо, почти ласково, и положил ладонь ей на макушку. Пальцы зарылись в волосы — мягкие, густые, пахнущие ромашкой и самогоном. — Хорошая девочка. Умная.

Татьяна вздрогнула от этого слова — «девочка». Он обращался к ней так впервые. Не «фрау», не «Татьяна» — «девочка». Так, словно она была моложе, слабее, беззащитнее. Так, словно она принадлежала ему.

Она не возразила. Ее пальцы наконец справились с пряжкой, и ремень упал, глухо звякнув металлом о половицу. Вернер расстегнул пуговицу

Порно библиотека 3iks.Me